Category: еда

Category was added automatically. Read all entries about "еда".

apple

Большой Чатал и Орта-Сырт

В июне у Коли и Лены случились отпуска, и мы решили отправиться в поход. Я давно поглядывал на горы у села Лесное под Судаком, зная, что в тех краях отличные виды, и не ошибся. В первый день мы поднялись на видовую площадку, с которой нам открылась гора Большой Чатал, она же Котик. После сильных дождей земля была напитана влагой, и открывшаяся нам яйла Орта-Сырт была накрыта облаками, как одеялом. На второй день мы пополнили запасы воды у истока речки Ай-Серез и вышли на Орта-Сырт. Хочу сказать, что источники в тех краях часто пересыхают к середине лета, так что единственно комфортный вариант прохождения маршрута с ночёвкой – до конца июня. На Орта-Сырте нас пленила гора Лялель-Оба – мы обедали на просторной поляне под вершиной, заварив зелёный чай, вдыхая аромат разнотравья. Богатство флоры поражало – на тропе попадались шампиньоны, маслята, цветущий чабрец и иван-чай! К вечеру мы расположились на вторую ночёвку в небольшом лесочке, недалеко от тропы, ведущей в Весёлое, и жарили шампиньоны на жире свиной тушёнки. Внезапно пришло смс от МЧС, предупреждающая об очень сильной грозе, а позже – и сама гроза. Она неслась с востока, освещая полнеба грандиозными вспышками, и накрыла нас ливнем в три часа ночи. За пятнадцать минут ливня все низины превратились в топи, но нам всё нипочём – палатки стояли на горе, и влага уходила вниз. Наутро мы спускались с Орта-Сырта широкими полянами с волнующимся ковылём, а на западе шли ливни и громыхало, но мы вышли сухими из шторма. А через день случился потоп в Керчи…


Collapse )

Фотоаппарат - Nikon D850
Объектив - Tamron SP 35mm f/1.4 Di USD F045
Объектив - AF-S Nikkor 70-200 f/2.8E FL ED VR

apple

Пик Космос

Ярким впечатлением начала осени стала наша с Олей поездка на восточное побережье. Первая ночёвка - на склоне мыса Меганом у одинокого дерева, к которому мы поднялись уже в сумерках. Когда совсем стемнело, оказалось, что палатка стоит с видом на ковш Большой Медведицы, повисший над Судаком. Пока мы жарили на новенькой сковороде сэндвичи, то справа, то слева раздавался какой-то шорох, а потом из сумрака вышла уже привычная мне (но не Оле) молодая лиса. Мы бросали ей кусочки ветчины, приманивая лису все ближе для съёмки, и вот зверь уже почти у наших ног. Классический подход - накорми лису и спи спокойно - сработал, рыжая проглотила все мясо, не попавшее в сэндвичи, и ушла вверх по склону дальше, на вечерний обход территории. Но сон все равно не был спокойным - с территории фестиваля "Таврида" (который должен был завершиться в конце августа) раздавалась очень странная электронная музыка, довольно громкая, которая не стихла и с наступлением рассвета. Наблюдать со склона территорию феста тоже было грустно - привычное мне дикое побережье Капсельской бухты было огорожено забором, а ведь там я когда-то стоял с палаткой, и по холмам мог ходить любой желающий.

Выпив утренний кофе, сваренный на горелке, мы решили съездить в посёлок Бугаз, но нас ждало разочарование - сначала показался густой дым, а в дыму посреди дороги, картинно - машина ДПС. "Здравствуйте! Вы почему на знаки не смотрите? Проезд в Бугаз закрыт, снимается кино про войну в Сирии. Вы, мужчина, можете пройти - у вас борода, вас сразу в массовку возьмут!" Разумеется, мы отказались и поехали в Судак обедать. Скажу сразу, еда в Судаке - это долго, не очень вкусно и дофига майонеза - что в бургере, что в солянке, что в омлете, что в макаронах, громко названных "пастой". Я знаю только стильную бургерную в центре, где вкусно (хоть и дорого), если подскажете ещё местечко, скажу спасибо!

После обеда, искупавшись, мы поднялись на Пик Космос - культовую точку для фотографов, на которой я раньше не бывал. Совершенно очаровала Лестница Тавров, проходящая в узком ущелье - не представляю, как ее фотографировать, но пройти налегке рекомендую всем, кто не боится высоты. Что поразило в очередной раз - все туристы сидят на Пике, хотя в тридцати метрах в стороне есть точка со значительно более приятным видом - гора Сокол не закрыта скалой, но туда никто не идёт. Мы облюбовали там скальную полку, зажгли горелку и пожарили сосисок и хлеба к ужину, а потом пришло время звёзд над величественным ночным морем. Худой месяц садился за Бабуган, и так как яйла была чёрной как ночь, мы видели, как месяц быстро-быстро съедался чернотой, пока не превратился в точку. Ночью сквозь сон я слышал, как ветер налетал угрожающими порывами, но от этих звуков спалось ещё слаще - ведь безумный диджей остался в Капсели.

Обожаю утро понедельника в походе - до 9 утра точно никого нет, мы с молчаливым восторгом встретили рассвет, спустились в посёлок, чтобы поехать на Алушту по штормовому побережью, останавливаясь в приморских посёлках, где провожали лето последние отдыхающие и можно было спокойно парковаться у заколоченных ларьков с вывесками "Пиво" и "Крымский чебурек"


Collapse )
apple

В Орджо с любовью!

Посёлок Орджоникидзе — удивительное место. С одной стороны — расписанный из баллончика недострой посреди дворов, руины завода «Гидроприбор», остатки колючей проволоки у моря, невнятный самострой и унылые хрущёвки. С другой — Киммерия Волошина, грозы и ливни над золотыми холмами, нежный песок ночного пляжа, уютные тропы, по которым несешь на вечернюю трапезу под звёздами пакет со свежайшим пивом и курицей гриль, купленной на набережной у улыбчивых мужчин. Это дерзкая ночная лиса, нападающая в полночь на пакет с мусором у палатки, лиса, которую надо непременно задобрить подгулявшим на жаре шашлыком. Это утренний кофе на горелке с видом на громадину Кара-Дага. Мы с друзьями готовы к этим крайностям. В Орджо — с любовью!



apple

Внезапный монопод

Вечер. Прохожу по Городскому холму мимо штаба флота. На ступеньках офицерской столовой в белом луче фонаря сидят два косматых бомжа и пьют водку без стеснения. Один из них внимательно смотрит на рукоятку монопода Benro, торчащую из моего рюкзака, и вкрадчиво произносит: "Мужчина, это у вас мачете? А покажете?"

apple

Августовский вечер у моря

Вечер у моря с друзьями. Дует тёплый ветер, на фоне заката с пляжа уходят отдыхающие, с неба срываются капли дождя. Мы сидим полукругом, наблюдая, как блекнут краски неба, пьём джин с тоником и вино, поём хором те же песни, что и десять, и пятнадцать лет назад. А рядом с нами — подросшие дети: ворошат угли костра, бросают на них сухую траву, наблюдая за магией огня, жарят сосиски, смеются, забираются все вместе в палатку и сидят в ней. Завтра утром Андрей надует единорога, и все будут кататься на нём по глади моря, любуясь ослепительно-белым городом вдали. Будет завтрак, сборы и дорога по домам — пока не настал жаркий полдень. А пока — хлеб, сыр, ветчина, джин, солёный ветер, плёночная камера в руках, русские и украинские песни, капля дождя, упавшая на кончик носа. Обычная настоящая гармония, которую не купишь и не приготовишь специально


Collapse )
apple

Турция, день 13 - 14: бунгало Нуриз бич

В городке Каш у нас было совсем немного времени: уже легли вечерние тени, а нужно было успеть поменять деньги, докупить еду и переправиться на лодке в Нуриз бич — пляж, расположенный на другой стороне бухты. Мы высматривали капитана, сидя на бетонном волнорезе рядом с турками, распивавшими ракы, анисовую водку. Может, вон тот, бородатый, загорелый, с аквалангом в руках? Неожиданно перед нами возник юноша лет двадцати пяти, хипстерского вида, и жестом предложил начинать погрузку. В недоумении мы занесли рюкзаки на прогулочную лодку, и парень тут же завел мотор, врубив какую-то лютую попсу. А дальше стало не по себе — за волнорезом резвился шторм, мы пошли наперерез волнам, чтобы они не опрокинули судно. Все бы ничего, но борта были низкие, вода начала заливать наши рюкзаки. Между тем, турецкий хипстер не выдавал волнения и через полчаса привёл лодку к причалу. Мы расположились под навесами у моря, поставив палатки, и с наслаждением приняли теплый душ, поужинали чорбой, а потом я пошел на ночной пирс смаковать бутылочку Туборг Голд из местного ресторана. Впереди — еще одна ночь у моря, последняя, а потом начнется возвращение домой


Collapse )
apple

Турция, день 13: соляная кукла

Под разразившийся ночью шторм мне прекрасно спалось, я видел причудливый сон: отчаянный пилот Крыса сражался на самодельном аэроплане с рептилоидами, живыми и надувными, и горел, потому что у него не было парашюта. Я пытался тушить его клетчатой рубашкой, сдёрнутой с проходившего мимо фотографа, но от Крысы остался лишь железный скелет терминатора. Слаще снов был только утренний кофе, приготовленный на костре, с восхитительной морковной пастилой. А после завтрака пришли козы, целое стадо, мы отогнали их от палаток, и тогда козы ринулись мимо палаток наших соседок, киевлянок, но девушки мирно спали и не слышали многоголосого блеяния. Потом начался спуск к морю на пляж Патара — тяжелый, по каменистым тропам, с большим сбросом высоты. Рядом с пляжем мы сели в автобус и поехали в Каш, откуда должны были попасть на место ночевки лодкой. Я смотрел в окно, наблюдая деревеньки, вывески супермаркетов, теплицы, заправки, сараи, как вдруг пейзаж изменился и мы выехали к морю. Заехав в очень красивый городок Калкан, закрытый от штормов треугольной горой, наш автобус вырулил на перекрёсток и помчал прямо над волнами по узкой дороге, прильнувшей к скале. Вот мелькнул знаменитый «карманный» пляж Капуташ, песчаный треугольник между отвесных скал, а потом показались острова, золотые в закатном свете. Мелькали изгибы дороги, открывая длинные мысы, похожие на окаменевших аллигаторов, ветер врывался в открытые окна и нёсся дальше — вспенивать волны, короновать их белыми барашками. Я улыбался обветренными губами — закатному солнцу, островам и чайкам, чувствовал соль на коже и запах дыма, пропитавший куртку, и чувство безграничной свободы переполнило меня. Я почувствовал себя соляной куклой из книги Роллана о Рамакришне — куклой, стоящей на берегу океана, готовой сделать шаг и раствориться в бескрайних волнах


Collapse )