September 13th, 2018

apple

Небо Городского холма

На Городском холме Севастополя находятся здания, такие любимые, дорогие мне. Первая гимназия имени А.С. Пушкина, которую я окончил в 1996 году; Межшкольный краеведческий музей, в который я ходил к Марине Павловне на лекции по энтомологии — правда, сейчас в этом здании суд; квартира на Советской и уютный дворик; Владимирский собор, весь испещрённый осколками снарядов — жаль, что подлатали и причесали, эти следы войны рисовали образ героического, прошедшего сквозь огонь здания. И брусчатка, по которой мы гуляли с бабушкой, пережившей войну. Бабушка говорила: «Эту брусчатку укладывали пленные немцы». Я понимаю, что брусчатка просела, за годы стала неровной, что ее скоро переложат, разрезав булыжники пополам, потому что в современном строительстве такие большие камни не кладут. И тут ничего не поделаешь: в одно утро перекроют улицу Суворова, а потом она станет гладкой, ровной и удобной для автомобилистов. Но я больше не увижу, как в луже отражается Владимирский собор, и его купол подёргивают капли начинающегося дождя. Поэтому я стою под дождем напротив лужи, рискуя опоздать на работу, фотографирую, наблюдаю за первым жёлтым листом, пересекающим отражение купола, под стук капель о капюшон пайты, под крики нищего в камуфляже. Стою до тех пор, пока женщина на белом джипе не переедет лужу, паркуясь у Первой гимназии